Ещё совсем недавно Эмираты считались почти раем на земле, тихой гаванью в штормящем море геополитики. Однако война с Ираном и, главное, «асимметричные» действия Тегерана, начавшего наносить удары по арабским союзникам Вашингтона в регионе, все изменили в одночасье. В том числе это ставит в сложное положение те десятки тысяч россиян, кто выбрал ОАЭ местом своей «релокации», вложился в тамошнюю недвижимость, иной бизнес или просто пользуется финансовыми сервисами «экс-оазиса».
Что из себя представляет экономика ОАЭ? Номинальный ВВП в пересчёте на доллары — 480–500 млрд, при этом 75,5 % приходится на не нефтяные сектора, а нефть и газ дают лишь около 24,5 % ВВП. Торговля, производство и финансы являются крупнейшими не нефтяными драйверами экономики (торговля даёт 16,8 % ВВП, финансы и страхование 13,2 %, строительство 11,7 %, недвижимость 7,8 %). Любопытно, что до войны ОАЭ представляли собой главный хаб и финансовый канал для иранской торговли (объем взаимного товарооборота был 27 млрд долл), также ОАЭ служил важным логистическим и финансовым путём для России в обходе западных санкций. Стоит учитывать, что физический экспорт ОАЭ через пролив сокращается в случае затягивания войны на 40–70 % (часть компенсируется альтернативной логистикой, но узкое горлышко Ормуза остаётся). Это коснётся в том числе ряда российских импортёров-экспортёров, использовавших ОАЭ в качестве логистического хаба.
Теоретически, ОАЭ могли бы выиграть от повышения цен на нефть в краткосрочном плане. Но только до тех пор, пока не происходит падение объёмов её добычи и транспортировки. А эти проблемы уже возникли. И вследствие ударов Ирана по объектам нефтедобычи и нефтепереработки, и из-за перекрытия Ормузского пролива — основного маршрута экспорта нефти. У ОАЭ, правда, есть порт Фуджейра, в 130 км к югу от Ормуза, куда идёт нефтепровод и откуда нефть может дальше транспортироваться морем в обход заблокированного пролива. Однако на днях Ираном был нанесён удар и по этому порту, из-за чего отгрузка нефти прекратилась. Так что «сливки» с повышенных цен на нефть ОАЭ могут не снять.
Наиболее уязвимой пока выглядит недвижимость ОАЭ, которая росла как на дрожжах и куда в том числе вкладывали деньги экспаты. Рынок ОАЭ крайне зависим от иностранных покупателей и статуса «тихой гавани». Однако сейчас этот имидж рушится, что уже привело к корректировке цен минимум на 5 %, а в ближайшей перспективе они могут упасть на 20-25 %. Значительная часть недвижимость покупалась в расчёте на сдачу в аренду, за счёт чего покрывались кредиты, взятые на покупку. Теперь эта схема пошатнулась. Арендаторы массово съезжают, платить по кредитам становится труднее. Это может стать мощным ударом по финансовой системе Эмиратов. Исторически при глобальных шоках Дубай испытывал падение цен на недвижимость до 40–50 % (2008–2011 гг.), проекты замораживались, финансирование исчезало, отток экспатов усиливал переизбыток предложения. Если война затянется на год, гарантировано падение цен на 25-35 %, а запуск новых проектов сократится на 40–60 %.
Логичным образом рушится и торгово-финансовая связка ОАЭ — Иран. Поскольку Тегеран действует не совсем логично, нанося удары фактически по своим банкирам. Роль Эмиратов для России тоже может ослабеть, в частности, ОАЭ служили важным логистическим хабом для реализации золота в интересах России, поскольку против него введены западные санкции. Также через некоторые банки Эмиратов проводятся расчёты за российские энергоресурсы. Но пока банковская система функционирует, особой угрозы тут ожидать, видимо, не следует. В случае затягивания войны может произойти уже сильное сжатие банковского сектора, в том числе из-за оттока средств нерезидентов с депозитов.
Ещё быстрее следует ожидать коллапса туристического сектора (а многие россияне-релоканты в нем тоже работают). Турпоток сократится на 30–40 %, деловой туризм — так и вовсе на 50 % минимум (срыв конференций, выставок, сделок).
В целом для экспатов (включая россиян) затягивание войны и блокада Ормуза, а также периодическое закрытие аэропортов означает рост чисто физических рисков, а также ухудшение рынка труда, падение стоимости активов и ужесточение правил игры, однако немедленного коллапса системы не произойдёт: ОАЭ будут стараться любой ценой удержать управляемость и приток капитала. При этом экспаты составляют 88–89 % населения ОАЭ (из примерно 11 млн человек), граждане страны — это всего 11–12 % её населения. Крупнейшие группы — индийцы, пакистанцы, бангладешцы, филиппинцы. Русскоязычные — это быстро растущая группа, но оценки её размеров сильно разнятся (учитывая как постоянных, так и полупостоянных резидентов) — от десятков тысяч до сотни тысяч, при этом россияне входят в топ-три покупателей недвижимости Эмиратов.
Российские экспаты в наибольшей мере представлены в таких сегментах экономики, как недвижимость/брокеридж, малый и средний бизнес, IT, маркетинг, создание «креативного контента», финансовые сервисы. Соответственно, в относительной безопасности останутся лишь те, кто занят в IT или кибербезопасности, но уже в условиях гораздо более жёсткой конкуренции. Те, кто приехал просто «пересидеть» и не встроен глубоко в экономику, вероятнее всего, просто переедут дальше — в Турцию, Сербию, Юго-Восточную Азию или на Кавказ. Те, кто завязаны на крупные активы и бизнес в ОАЭ, окажутся «заперты» в падающем рынке: продать без большого дисконта будет сложно, а уехать будет означать фиксацию убытка или заморозку капитала. Косвенными последствиями трудностей в ОАЭ для российских путешественников, для которых Эмираты был пересадочным хабом, станут удлинение авиамаршрутов и удорожание билетов. Но, по сравнению с любой войной, это уже сущие пустяки.
Оцените материал
| Подписывайтесь на АиФ в MAX |
