В отличие от 12-дневной войны в июне 2025 года, Иран предпринял новую тактику в ответ на нападение США и Израиля. Он наносит удары по арабским союзникам США в регионе, а также по нефтяной инфраструктуре, которую арабы не в состоянии эффективно защищать (даже с помощью американцев). Повисла и угроза перекрытия Ормузского пролива. Хотя формально Тегеран об этом не объявлял, но три танкера уже были атакованы Ираном. Посему почти все крупные компании попросту прекратили перевозки нефти и грузов через пролив.
Ормузский пролив — это «узкое горлышко» всемирного значения. Он соединяет Персидский залив с Оманским заливом и далее с Индийским океаном. Северное побережье принадлежит Ирану, южное — ОАЭ и Оману. Длина пролива 167 км, ширина — от 96 до 39 км. Через Ормузский пролив проходит 20-30 % мирового объема нефти и 20 % мирового объема СПГ. Помимо нефти еще почти 20 % мирового авиатоплива и 16 % бензина тоже проходят этим же путем. Все это грозит резким скачком цен на указанные товары. Некоторые пугают, что цена на нефть марки Brent может превысить 100-150 долларов за баррель в случае затягивания войны. В краткосрочном плане это, конечно, выгодно России, хотя есть «сопутствующие издержки» и нюансы. Пока, впрочем, фьючерсы на нефть сорта Brent выросли всего на 13 %, превысив 82 доллара за баррель.
В наибольшей степени от пролива зависит Катар, крупнейший в мире экспортер СПГ. Длительная блокада перекроет ему поставки на азиатские и европейские рынки. Ормузский пролив также является безальтернативным путем экспорта нефти для Ирака, Бахрейна и Кувейта.
Из покупателей наиболее уязвимы такие страны, как Китай, Индия, Япония и Южная Корея, поскольку примерно 80-84 % нефти, проходящей через пролив, предназначено в основном этим потребителям. По состоянию на 1 марта 2026 года более 200 судов, включая 150 нефтегазовых танкеров, уже застрял в районе пролива.
Китай стоит выделить отдельно. Он импортирует около 5 млн баррелей нефти в день по этому маршруту и является покупателем 90 % всего экспорта нефти Ирана. Так что полное перекрытие пролива было бы для самого Ирана самоубийственным шагом, нанося еще и ущерб его главному торговому партнеру. Но Тегеран нынче многие свои действия предпринимает почти как акт отчаяния. Скажем, в долгосрочном плане на нем сильно скажутся нынешние удары по арабским соседям: Тегеран просто умножает число собственных врагов по периметру границ. Включая Саудовскую Аравию (уже были удары иранцев по нефтяным объектам страны,) традиционного регионального соперника Тегерана, отношения с которым только-только начали было налаживаться. Кроме того, в ответ на удары Ирана по нефтяным объектам арабских стран США и Израиль могут начать уничтожат иранскую нефтегазовую инфраструктуру (Иран экспортирует 1,5-2 млн баррелей нефти в сутки), что стало бы нокаутирующим ударом по иранской экономике.
Зато Россия могла бы воспользоваться этим обстоятельством и увеличить свои поставки нефти в Китай. Правда, быстро и в больших объемах нарастить нефтяной экспорт наша страна все же не сможет. Во-первых, действуют ограничения в рамках картельного соглашения ОПЕК+. Во-вторых, есть чисто технические препятствия по объему перевозок. Так называемый теневой флот, действующий в интересах России, и так с трудом получает страховку, необходимую для перевозок. А страховой рынок из-за войны в Иране переживает сейчас критические дни, что еще больше осложняет условия для российских «теневых танкеров». Есть также опасения, что Европа начнет некое подобие морской блокады российского нефтеэкспорта морем на Балтике. Один из двух до последнего времени основных покупателей нашей нефти, Индия, существенно сократила закупки под давлением США.
При этом Саудовская Аравия и ОАЭ имеют трубопроводы, которые могут обходить пролив, хотя их суммарная пропускная способность составляет лишь примерно от 3,5 до 6,5 млн баррелей в день, что значительно меньше 21 млн баррелей, обычно проходящих по этому водному пути. Также Эмираты способны отправлять еще где-то 1,5 миллиона баррелей нефти в сутки из нынешних 2,7 через порт к югу от пролива.
Скорее всего, скачок нефтяных цен будет краткосрочным. Тот же Китай сможет отчасти компенсировать перебои с поставками иранской нефти за счет не только России, но других стран ОПЕК+, общая квота которых в прошлом году выросла почти на 2,9 млн баррелей в сутки, что превышает весь иранский экспорт нефти.
Наиболее вероятный сценарий — это сворачивание операции против Ирана в течение двух недель, месяца максимум. У США и Израиля просто не хватит ресурсов для длительной воздушной войны, а на наземную операцию американцы не решатся. В течение этого времени компенсировать ценовой шок могут как большие запасы нефти, накопленные на танкерах в открытом море (только российской нефти таким образом хранится до 150 млн баррелей из-за санкционных ограничений), так и в резервах таких стран, как Китай, который подготовился заранее к военному сценарию на Ближнем Востоке. Впрочем, возможны и другие сценарии, в том числе самые катастрофические — в виде разрастания войны на весь ближневосточный регион. В этом случае шок для мирового рынка углеводородов будет действительно сильным.
Оцените материал
| Подписывайтесь на АиФ в MAX |
